Капитан Ульдемир. Властелин [сборник Литрес] - Владимир Дмитриевич Михайлов

Она подумала сейчас об Изаре как о ком-то постороннем, как о Властелине – и ни о ком больше.

Снова шаги. Вот отворилась дверь из той комнаты в коридор. Так. Остановились у первой двери. Наверное, заглядывают туда…

– А знаете, здесь совершенно темно!

– Свет наверняка есть. Поищите, найдите выключатель. Но скорее, ради Рыбы…

– Сейчас, сейчас… Нет, я и так вижу: это не то. Но есть еще одна дверь…

Леза мгновенным движением выключила свет. Отступила и стала так, чтобы дверь, отворившись, прикрыла ее. Хотя и понимала, что это ровно ничего не даст: стоит вошедшему протянуть руку – и он нащупает выключатель и, конечно, тут же увидит ее.

Хотя, собственно, чего ей бояться? Она не сама забралась сюда и ничего не собирается похищать. Но, может быть, этот человек поможет ей хотя бы передать письмо Задире?

Вот только Эфат не должен видеть ее здесь.

Странно: еще так недавно она сочла бы появление старого камердинера великой удачей: он сразу же сообщил бы Властелину, где она находится. Но сейчас Властелина здесь нет – они только что говорили об этом, – да и если бы он находился тут, теперь она очень крепко подумала бы, прежде чем прибегать к его помощи. Что-то изменилось в ней, когда она узнала, что у Изара есть брат, которому он за много лет не оказал ни малейшей помощи, ни разу даже не упомянул о нем. Но ведь не может быть, чтобы Изар ничего не знал! Нет, наверное, она просто слишком мало знала его, не понимала до конца… Нет. Не надо, чтобы видел Эфат.

А неожиданный гость уже стоял в дверях. Сейчас вытянет руку…

Мысль блеснула мгновенно. С находившейся рядом полки она схватила первую попавшуюся в темноте папку с документами. И приложила к стене – поверх выключателя. В следующее мгновение рука вошедшего легла на твердый картон, скользнула, пошарила выше, ниже и опустилась.

Человек пробормотал что-то про себя, едва слышно – но, кажется, что-то грубое. Осторожно двинулся вперед. Пересек узкую комнату и налетел на полку. Снова проворчал что-то. Потом щелкнула зажигалка, и слабый огонек осветил стеллажи и связки бумаг на них.

Леза едва удержалась от того, чтобы вскрикнуть: даже ей было ясно, насколько опасен огонь здесь, в помещении, набитом пересохшей бумагой, где, казалось, сам воздух уже стал воспламеняющимся. Но и посетителю, видимо, пришло в голову то же самое; огонек погас, и человек поспешно вышел в коридор и дальше – в комнату. Он не закрыл за собою дверей, и то, что он сказал, Леза слышала очень хорошо.

– Вы правы, Эфат, это то самое.

– Я очень рад. В таком случае ухожу.

– А я сразу начну смотреть. Чувствую – здесь много интересного…

– Значит, я могу не очень торопиться?

– Не очень, но все же… я буду спокойнее, получив свой ключ.

– Несомненно. Я не промедлю. У нас в Жилище свои мастера… Но на самый худой конец – у вас здесь есть возможность отдохнуть.

– Надеюсь, мне не придется ею воспользоваться.

– Счастливо оставаться.

– До встречи.

Потом стукнула дверь, и замок снова издал звонкий звук – на этот раз запираясь.

Эфат ушел. А этот – второй – остался.

Это было совершенно неожиданно.

Что он собирается тут делать? Работать с архивом? Почему же его не предупредили, что архив сейчас используется как тюрьма?

Хотя понятно, почему его привел Эфат: значит, и второй является человеком из окружения Изара, а не Ястры.

Интересно, надолго ли он собрался задержаться. Конечно, Леза может просидеть здесь еще какое-то время. Но близится время ужина. Придет страж. И немало удивится, увидев, что кто-то проник в помещение, которое ему, наверно, полагалось охранять.

Нет, лучше все же предупредить этого человека, объяснить ему, в какую ситуацию он попал. Рассказать что-то и о себе. И быть может… быть может, он согласится помочь?

И она вышла из темного архива, намеренно громко стуча каблуками. Увидев изумленные глаза и сам собой раскрывшийся рот гостя, не могла удержаться от смеха. Она так давно не смеялась!

– Здравствуйте, – как ни в чем не бывало приветствовала она. – Милости прошу. Чувствуйте себя как дома!

– Здра… – издал он, горло перехватило, он откашлялся и только после этого смог договорить. – Здравствуйте… Кто вы? Откуда?

– Быть может, я крыса? – вслух подумала Леза. – Архивная крыса. Вы слышали о таких?

– Крыса? Нет! Архивная фея, может быть?

Леза улыбнулась:

– Садитесь на стул. Не люблю, когда незнакомые мужчины располагаются на моей кровати. У нас есть еще немного времени, и я хочу кое-что рассказать вам.

– Вы собираетесь уйти?

Кажется, в его голосе прозвучало огорчение. Но в такие мужские интонации Леза не верила.

– Уйду с удовольствием, если вы поможете. А сейчас потерпите. Я буду объяснять. Потом мне принесут ужин. Если вы будете хорошо слушать, я, пожалуй, поделюсь с вами.

Хен Гот, пока она говорила, успел в какой-то степени прийти в себя.

– Рассказывайте, – сказал он, усаживаясь на указанное место. – Потому что мне вскоре принесут ключ, и…

– Это очень хорошо, – сказала Леза. – Итак: кто я? Наверное, вы когда-нибудь слышали какие-то разговоры обо мне…

Дворцовый слесарь, в чьем распоряжении имелись не одни лишь ручные напильники и надфили, но целый парк точных станков, сделал бы ключ за каких-нибудь десять минут – считая с мгновения, когда в его руках оказался бы оригинал.

Чтобы длинными переходами добраться до отдаленной части подвальных помещений, где располагались мастерские, Эфату, человеку весьма немолодому, могло потребоваться не менее получаса.

Однако он не появился в мастерских ни через полчаса, ни через час, ни даже через два.

Нет, с ним не произошло никакой беды, не возникло никаких неприятностей, в которые он оказался бы замешан. Скорее наоборот.

Когда он, соблюдая все меры предосторожности, уже приближался к условной границе, отделявшей помещения Жемчужины Власти, где он чувствовал себя неуютно, от остальной территории Жилища, в которой ему дышалось легче, его вдруг остановил человек, показавшийся камердинеру отдаленно знакомым.

Почти сразу он вспомнил: это был один из тех людей, что выручили Властелина во время столкновения на какой-то грязной улице; человек этот, вместе с еще двумя (одним из которых был теперешний Главный Композитор Истории; не помоги он тогда Властелину, вряд ли Эфат согласился бы содействовать в его поисках, но те, кто тогда защитил Изара, даже не зная его, заслужили, по мнению камердинера, самого большого уважения) – итак, человек этот был приглашен Властелином в Жилище Власти, а впоследствии определен в личную охрану Жемчужины. Так или иначе, он не был человек вовсе незнакомый. И Эфат даже не очень испугался.